iismene (iismene) wrote,
iismene
iismene

Categories:

Про аппендицит

Яна Франк написала пост "Еще одна история про хиппарей на природе" о том, как у хиппарей умер ребенок от перитонита. Хочется заметить, что дети "нормальных" людей тоже не застрахованы от задержек и промедлений в обращении к врачам. Я сама чуть не умерла.

У меня была нормальная семья с мамой - учителем русского и литературы и папой - военным инженером-связистом. А я была "дохлятиной". В первый раз попыталась умереть от воспаления легких примерно в шесть месяцев от роду. Все так привыкли к моей болезненности, что устали беспокоиться.

Наверное поэтому, когда у меня заболел живот, никто не взволновался, даже я сама. Первые два дня боль была вполне терпимой, так что я даже не жаловалась. Ну, что они сделают? Скажут подождать, пока не заболит посильнее или не пройдет.

На третий день меня вырвало в школе после урока домоводства. Учителя пожали плечами. Учиться мы ездили школьным автобусом в другой городок, так что до его прихода они, в общем, не могли даже отправить меня домой или к врачу. Потому что больница в отличие от школы была как раз в нашем городе.

Тут одноклашка сказала, что у нее не доучен этюд к музыкалке, и поэтому мы с ней поедем домой на рейсовом автобусе: сопровождение заболевшей меня смотрится хорошим предлогом поучить музыку вместо оставшихся уроков.

На подъездах к дому мне стало заметно хуже, от остановки я дошла с большим трудом. Возлегла на диван и принялась умирать. Причем в смысле, близком к буквальному. И тут удачно пришел папа, с суточного дежурства, то есть, гораздо раньше обычного. Услышал, что у меня болит живот и... побежал к маме на работу. Телефонов в те времена не было не только мобильных, но и домашних. Нам его поставили пару лет спустя.

Когда папа прибежал обратно вместе с мамой, я успела позеленеть. Меня схватили в охапку и отнесли в больницу. Терапевт посмотрел и отправил делать экстренный анализ крови. В коридоре под лабораторией мне стало совсем плохо, я потеряла сознание. Очнулась в палате уже после операции. Но до перитонита у меня дойти не успело. Повезло, я начала умирать раньше, чем он успел развиться.

А вот у мужа моего, на тот момент лишь будущего, успел. Потому что у него две недели болел вообще не живот, а нога. И свекровь думала, что он просто ушибся где-то в своих мальчишеских играх. Они же с друзьями где только не скакали и не лазили. Мужу очень повезло, он выжил. У него остался не шрам, а широкий рубец.

Такие рубцы, похоже, часто остаются, когда аппендицит режут и зашивают на стадии перитонита. По крайней мере, именно по ним я опознавала в спортивных раздевалках товарок по несчастью. В институте на курсе из ста человек минимум пятеро пережили перитонит разных степеней тяжести. Одна девочка, например, два месяца в реанимации отлежала. И это только те, про которых я точно знаю, речь зашла так, что эта подробность выяснилась. На самом деле могло быть гораздо больше.

Просто в те времена гораздо спокойнее относились к таким вещам. Уровень доверия к мирозданию, что ли, был выше? Ну, не помню я, чтобы кто-то подрывался и бежал по врачам, если ребенок просто стал вялым, и живот заболел. Так что шанс погибнуть от перитонита у моих ровесников из хороших семей был примерно равен шансу анекдотической блондинки на встречу с динозавром.

Любопытно, как теперь у нас с мужем расходятся взгляды на больные детские животы. Я обычно подозреваю, что дорогие чады втихушку натрескались чего-нибудь не слишком полезного, чего дома не видят, и склонна для начала понаблюдать хотя бы несколько часов. А муж впадает в истерику с требованиями немедленной скорой, анализов, операции и реанимации. Так что я обычно думаю, упоминать ли при нем вообще, что кто-то из детей пожаловался на живот. Понятно ведь, что в этом случае дальше будет. Приедет скорая, отвезет в приемный покой, там очередь без начала и конца. Первые признаки аппендицита не отчетливы, так что с большой вероятностью после двух-трех часов отсидки скажут, что у ребенка раздражение ЖКТ, надо дать смекты, и если не поможет, то еще раз сходить показаться в поликлинику и повторить анализ крови. Наверное, можно пропустить то место, где мы изнемогаем в приемном покое, и сразу дать смекты, а потом самим пойти в поликлинику на анализ, если не прошло?

В случае быстрого развития аппендицита это, конечно, рискованно. Но тем не менее, если ребенок не выглядит умирающим, я обычно не спешу удостовериться с помощью врачей, что с ним не происходит самого худшего из всего возможного. Знакома с парой людей, у которых подход прямо противоположный: даже насморк первым делом показывают профессору. Таких знаю всего пару, и, на мой взгляд, они не нормальнее хиппов. Просто отклонение в другую сторону по оси координат.

Так что мне кажется, что трагедии вроде описанной в посте происходят и с обычными людьми с нормальными обывательскими стереотипами. Не потому, что плевать на ребенка, а потому, что люди просто не верят, что конкретно с ними может случиться что-то по-настоящему плохое. О таких трагедиях попросту не принято говорить. Ведь если человек не косяк забивал, а смену у станка стоял или проект сдавал, кто станет осуждать, что он так безответственно работал, вместо того, чтобы вести ребенка к врачу без промедления и задержек?
Tags: Лытдыбр
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Июнь, читательский дневник

    Н. П. Гладкий. Питомник декоративных деревьев и кустарников. Учебное пособие 1954. Интереснейшее и довольно полезное чтение. Есть устаревшие моменты,…

  • В этот день 6 лет назад

    Сегодня такая же гроза, только еще и с ураганными порывами ветра. Этот пост был опубликован 6 лет назад!

  • Светлячок

    Впервые мы видели светлячка прошлой осенью, я была поражена. Это, действительно, выглядит, как в мультиках. Полная темнота, а в траве горит яркий…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments